Статьи
+7 965 357 95 50
info@riamoda.ru
Рейтинг@Mail.ru

В легпроме у семи нянек кадры без глазу

2020-02-11 15:31:14

В рамках деловой программы второго дня выставки Sport Casual Moscow прошел круглый стол «Подготовка кадров для цифровой экономики».

В нем приняли участие:

  • Светлана Беляева, президент НП «Российский союз производителей одежды»;
  • Дмитрий Черноног, руководитель аппарата Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Союз работодателей в сфере физической культуры и спорта»;
  • Галина Зарецкая, доктор технических наук, профессор РГУ им. А.Н. Косыгина;
  • Ирина Филичкина, международный эксперт компетенции «Технологии моды» Союз Worldskills Россия, доцент Института медиадизайна;
  • Николай Наумов, генеральный директор ООО НПФ «Рок Пилларс»;
  • Александр Бородин, технический директор ООО «Баск».

Модератором выступила Валентина Кузнецова, главный редактор ИА «РИА Мода» и ИД «Легпромиздат», председатель Комитета по коммуникациям и взаимодействию со СМИ Союзлегпрома.

«К сожалению, реформирование системы образования и подготовки кадров привело к тому, что у нас серьезный дефицит кадров – как рабочих, так и профильных специалистов и даже руководителей предприятий, которые могут отвечать требованиям внедрения новых инновационных методов управления производством, - открыла обсуждение Светлана Беляева. - То есть, сложности довольно большие. Мы констатируем, что реформа, которая сейчас проводится, проходит медленно, много внимания уделялось обсуждению вопросов, связанных с национальной системой подготовки кадров. А что касается детализации по отраслям, по задачам - по сути дела, практически к этому еще даже и не подступили. Всё находится в начальной стадии. Мы раз в 10 лет проводим анкетирования, и 100% наших предприятий говорят о том, что у нас дефицит рабочих кадров».

Светлана Беляева (справа). Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

Это подтверждает и бизнес. Александр Бородин: «Кто-то говорит, что специалистов нет, а это - следствие того, что были разрушены коммуникации между производством, средне-профессиональными учебными заведениями, между ВУЗами. В результате мы имеем разрыв поколений, который нам в любом случае надо как-то наверстывать». В большинстве своем небольшие и средние предприятия испытывают дефицит рабочих рук, а также не в состоянии удержать тот персонал, который они обучили для себя.

Светлана Беляева: «Проблема в одном: предприятия готовят кадры для себя, а получается, что эти кадры уходят к другим. Потому что, если рядом создается малое предприятие со всеми преференциями, то, получив там на тысячу рублей больше, человек уходит туда. Поэтому от предприятий были предложения о том, чтобы были компенсации затрат на подготовку рабочих кадров».

То есть, кадры все-таки готовят. Как и где? Высшее образование никто не отменял, и все институты, входящие в РГУ им. А.Н.Косыгина, ежегодно выпускают молодых специалистов. Галина Зарецкая: «Традиционно ВУЗ создавался как объединение специалистов, работающих в легкой промышленности, поэтому все институты, которые работают под эгидой университета, учитывают эту направленность. В нашем вузе мы готовим по половине направлений, существующих в России, и мы применяем цифровые технологии. У нас есть специальные направления подготовки, например, есть целый Институт мехатроники и информационных технологий». В чем проблема? В том, что ВУЗ не учит рабочим профессиям. Галина Зарецкая: «Дети, подготовленные в колледже – это не рабочие. Это совершенно другие специальности. Они либо будут работать на более продвинутом оборудовании, либо будут учиться дальше и получать высшее образование. По моему мнению, рабочие кадры должны быть ближе к предприятию. Их должно готовить предприятие, оно должно быть заинтересовано в том, чтобы люди, которые живут поблизости, пришли к ним работать, могут заработать и жить на эти деньги. Потому что специалист, подготовленный в Москве, уже не в состоянии прожить на ту зарплату, которую ему сможет предложить фабрика в регионах. И ждать, что выпускник нашего колледжа поедет куда-то работать, вряд ли можно. Хотя та зарплата, которая есть в глубинке, вполне достаточна, чтобы на нее можно было нормально там прожить, и там она никого не пугает. Поэтому, я считаю, нужно двигаться навстречу предприятиям и все-таки работать с ними».

Галина Зарецкая. Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

С Галиной Зарецкой согласна Ирина Филичкина, хотя видит в сегодняшней ситуации определенный конфликт интересов образовательных учреждений и бизнеса: «У нас уже нет стандартов по начальному профессиональному образованию в нашей системе среднего профессионального образования. У нас никто не готовит швей. Предполагается, что если на первом курсе студент не способен справиться с программой, он может уйти в швеи. Но в колледже – подушевое финансирование и рейтинги, и они тянут этого ребенка на троечку до самого последнего курса, только чтобы он продолжал учиться. Поэтому им невыгодно отпускать учащихся, которые могли бы работать швеями».

Ирина Филичкина. Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

В чем выход? Светлана Беляева: «Задача обучения сейчас передана на решение самому бизнесу. Поэтому некоторые наши предприятия уже получили образовательные лицензии, заключили договоры с учебными заведениями, которые готовят специалистов, организовали у себя классы, где они готовят для себя рабочие кадры». Впрочем, не только рабочие, но и специалистов более высокого звена. За примерами далеко ходить не надо. Николай Наумов: «Мы столкнулись с тем, что ограничение в развитии предприятия – это кадры. Первое, что мы сделали, это в один из колледжей мы несколько лет назад завезли немецкое оборудование и стали учить швей. И когда приходили к нам швеи и видели программируемые машины, они просто пугались и уходили. Потом мы сделали следующий шаг: зашли в колледж со своим экспериментальным производством, и уже пять лет мы находимся в стенах колледжа. Сначала это был технологический колледж, в процессе работы мы этот колледж изменили на колледж сферы услуг и предпринимательства. Производство находится прямо в колледже, там же идет анализ рынка, обязательный анализ трендов, всех материалов, комплектующих, поставок. На этом экспериментальном производстве работают лучшие дизайнеры. Там же происходит создание образца, тестирование, выпуск опытной партии. После 2 курса у нас студент практически перестает учиться, он в стенах колледжа начинает заниматься бизнесом». Хорошо, что есть такие предприятия, но в большинстве случаев, в силу специфики отрасли, процесс обучения не всем по карману. Светлана Беляева: «Проведение подготовительной работы, лицензия, подготовка класса, привлечение соответствующих специалистов, организация соблюдения норм безопасности – это примерно 250-300 тысяч рублей. Примерно 100 часов обучения коллектива в 100 человек - это еще 300 тысяч рублей. Получается, что минимальные затраты – полмиллиона. К сожалению, в отрасли всерьез поставить вопрос о подготовке кадров сложно, так как за последние годы прошла серьезная деиндустриализация, и у нас сейчас только 5% предприятий, которые могут позволить себе такие расходы – и по финансам, и по наличию современного цифрового оборудования. Все остальные – это малые предприятия, где большую часть занимает ручной труд. И, к сожалению, мы не видим серьезных подвижек, кроме как разработка проектов профессиональных стандартов».

А решат ли проблему стандарты? И как соотносится то, что в них написано, с реальными требованиями современного производства, структура которого за последние десятилетия сильно изменилась? Во-первых, мы пока можем говорить, в основном, о проектах стандартов. Старые нормы устарели. Это факт. А, что касается новых, то за рубежом, например, государство самоустранилось от участия в этом процессе, и обязанность выработки профессиональных (и, соответственно, образовательных) стандартов лежит на профессиональных сообществах и саморегулируемых организациях, потому что именно профессиональные сообщества лучше знают, что с кого и как требовать. У нас же есть Национальный совет при Президенте Российской Федерации по профессиональным квалификациям, который принимает решение: быть или не быть такому-то профессиональному стандарту, быть или не быть такому-то Совету по профессиональной квалификации, и кто – базовая организация, ответственная за выработку стандарта. По утверждению Дмитрия Чернонога, «политика государства – разговаривать не с отдельными структурами, а с объединениями, и ни один стандарт не будет принят, если в отрасли не существует Совета по профессиональной квалификации». Совет по профессиональным квалификациям в сфере физической культуры и спорта (СПК ФКиС), успешным опытом работы которого поделился спикер, является не просто совещательным или консультационным органом, но организацией, наделенной определенными полномочиями при подготовке и утверждению федерального или государственного профессионального стандарта. Одна из основных функций Совета – формирование политики мониторинга с целью уточнения, какие квалификации сейчас нужны, какой у них жизненный цикл, какие квалификации не актуальны, и их надо закрывать. Дмитрий Черноног убежден: «Единственная площадка, которая могла бы учитывать мнение всех, - это отраслевое объединение работодателей. Она могла бы сводить баланс интересов, чтобы профессиональный стандарт работал на вас, способствовал росту прибыли, а не штрафов. Подготовка стандарта - очень серьезная работа. Дальше на основе профессиональных стандартов определяются квалификации, на основе которых идет обучение кадров, формируются все образовательные программы. То есть, это цепочка. В одну сторону: на основе профессиональных стандартов формируются федеральные образовательные стандарты, в другую сторону – профессиональные стандарты должны учитывать национальные стандарты (ГОСТы, по-старому), которые применяются в этой сфере. Цепочка должна выстраиваться».

Дмитрий Черноног. Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

Все правильно, у спортивной отрасли есть один системообразующий фактор. Доминирующего участия в развитии физической культуры государственного сектора никто не отменял, поэтому основные игроки все равно являются государственными учреждениями. В то время как легкая промышленность – это, в основном, частные предприятия, притом не самые крупные и не самые богатые. Поэтому все вопросы решаются не так быстро, если вообще решаются. Светлана Беляева: «В отрасли у нас порядка 17 подотраслей. И у нас - два объединения работодателей: предприятий текстильных подотраслей и предприятий легкой промышленности. Мы (Российский союз производителей одежды) уже второй год занимаемся созданием Совета профессиональных квалификаций, но, к сожалению, пока что в этом плане есть только предложения, они рассматриваются, и в 2019-м году в мы даже проводили в Госдуме круглый стол по этому вопросу. Несмотря на это, профессиональные стандарты, которые могут быть использованы в профессиональной оценке квалификации, разрабатываются под патронатом Минтруда». Что происходит в результате? В декабре 2019 накануне новогодних праздников Минтруд направил в Минпромторг перечень стандартов, которые надо было быстро посмотреть и оценить. Пакет документов составил примерно 700 страниц. Анализ показал, что отрасль их не видела, а видели комитеты и отделения ТПП, которые занимались национальной системой квалификаций. В результате в стандартах оказывается много такого, что, мягко говоря, вызывает вопросы. Светлана Беляева: «Нас смутили довольно низкие уровни квалификации: при цифровых технологиях, автоматизации – всего третий уровень у оператора». Это сейчас, но проблема началась не сегодня. Ирина Филичкина: «Полтора года назад я развернула (в смысле - отправила на доработку) стандарт 29.02.04 «Конструирование, моделирование и технология швейных изделий, технолог-конструктор», потому что в этом стандарте ни разу не встречаются слова «ткань», «текстиль», «мода», «модные», зато 14 раз встречается слово «военные». В нем никак не регламентируется то, как должна выглядеть учебная мастерская, зато очень подробно описано, каким должен быть стрелковый тир. Это результат фантастической разрозненности разных команд и организаций». С Ириной Филичкиной согласна Галина Зарецкая: «У нас сильно разделено ФУМО СПО (Федеральные учебно-методические объединения в среднем профессиональном образовании) и ФУМО ВО (Федеральное учебно-методическое объединение в системе высшего образования). Это, по сути, две совершенно разные организации. Они написали стандарт так, как они видят и преподают. Эти направления подготовки давно уже пора было бы объединить, потому что кто-то должен видеть сквозную цепочку». А пока что, как неоднократно констатировали все спикеры, ситуацию лучше всего описывает пословица: «У семи нянек дитя без глазу».

Не только поэтому не все верят в стандарты. Помимо того, что они написаны криво, по мнению бизнеса, они устаревают еще до того момента, как их утверждают. Николай Наумов: «Выводы, которые мы сделали для себя в процессе нашего захода в колледж: образование очень быстро устаревает. Пока мы 5 лет обучаем специалиста, напишем программу, стандартизируем, поезд уже ушел. И он всегда уходит, и мы всегда опаздываем». Что делать? Дмитрий Черноног советует перейти от рынка дипломов к рынку квалификаций: «Это когда мы представляем не только диплом, но и то, что мы умеем. Для нашего сектора это существенно. Потому что у нас в образовании, в основном, используется подход подготовки специалистов широкого профиля – у нас это просто «бакалавр физической культуры». Это было порождением той социальной обстановки, когда принцип был: «Пойдет, куда Родина прикажет». Сейчас меняется подход. Мы работаем с нашими основными профильными организациями. Специализация идет по подготовке специалистов в рамках той системы квалификаций, которую мы выстраиваем». Почему бы не сделать то же самое в легпроме? Тем более что есть уже готовые шаблоны.

Николай Наумов. Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

Ирина Филичкина: «В Worldskills разработана уникальная система оценки квалификаций. Эта система – международная и проверена на международных соревнованиях. Стандарты Worldskills в области технологии моды разделены на несколько больших блоков: организация рабочего места, инновации, коммуникации, технический рисунок, дизайн, конструирование, технологии. Внутри этих блоков уже можно продумывать некие профессии. По каждому блоку очень продуманно проработаны вопросы, оценка качества, и когда мы оцениваем по 100-балльной системе, то на skills pass очень подробно показано, как в той или иной степени участник экзамена владеет знаниями в различных направлениях». То есть, велосипед уже изобретен, и он едет. И наши ребята в последние годы уверенно занимают призовые места. Тем более что, благодаря системе Worldskills, которая выстроена по аналогу олимпийских соревнований, многие профессии и даже отрасли перешли из разряда тех, на которые государство не обращало внимания из-за небольших оборотов, в объект инвестиций с целью достижения успехов на международной арене. И есть надежда, что, чтобы в очередной раз быть «впереди планеты всей», в развитие профобучения в легпроме будут вливать большие деньги. Пример тому - проект «Академия индустрии моды и дизайна» в «Колледже Петербургской моды». Его цель – подготовка высококвалифицированных кадров, владеющих новыми компетенциями, организация опережающего обучения сотрудников предприятий легкой промышленности России с имитацией реальных условий производства. В переоснащение, которое успели сделать за год, Минобразования вложило 500 млн. рублей. И это не единственный пример. Будем лишь надеяться, что погоня за рекордами Worldskills не загонит профобучение в ту же западню, как это случилось с ЕГЭ, когда учащиеся учат, где правильно ставить галочки, но не понимают сути предмета.

Хотя вряд ли, ибо профобучение связано непосредственно с практикой. И еще: стандарты, конечно, нужны, но есть такие вещи, которые в них сложно описать. Николай Наумов: «Для меня все образование – это процесс. Наши выпускники, столкнувшись с неудачей, должны продолжать работать, уметь бороться со стрессом, который будет только нарастать. Важно иметь ряд жизненных умений: выносливость, критическое мышление, умение общаться, творческое мышление. И мы решили, что мы будем учить предпринимательству, развивать предприимчивость. Помимо этого, цифровая технология предусматривает жесточайшую дисциплину, ответственность, и все это никак не укладывается в нашу русскую ментальность с желанием лежать на печи, пока золотая рыбка разруливает проблемы. Задача образовательных стандартов – это про то, что надо прийти на занятие вовремя. С дисциплины начинается все, что связано с цифровыми технологиями». Александру Бородину, пожалуй, лучше многих известно, как цифровые технологии влияют на развитие производства и соответственно подготовку кадров: «Все подразделения производственной цепочки БАСК формируют свой отчетный массив данных. Технологические решения, которые применяются у нас на производстве – это уровень 4.0. В любой момент я могу ответить, какое количество изделий в работе, какова себестоимость и сколько мы на этом заработали». Однако проблемы с кадрами особой нет. «Мы взяли людей, которые не владели цифровыми технологиями. Это были люди, которые владели прикладными науками, раскройщики. Они делали все вручную, кроили по лекалам. В итоге за достаточно небольшой промежуток времени удивительным образом у нас произошла трансформация человека, владеющего прикладными навыками, в оператора, работающего на раскройной системе по цифровому протоколу». По мнению Александра Бородина, автоматизация и цифровизация приводит к трансформации внутрипроизводственных отношений, в результате сам человек эволюционирует в связи с тем, что уже при работе использует другой подход, другое мышление. Цифровизация подразумевает определенную последовательность действий и параллельно отчет о проделанных действиях, и он переходит к мышлению по алгоритмам, последовательности действий и уже не делает текущую работу, где нет плана и задания. С другой стороны, Александр Бородин уверен, что если брать методологию предыдущего поколения, которое имело практические навыки, и переносить ее в цифровое поле – непосредственно или опосредованно, принимая в расчет молодые кадры с их способностью к коммуникации – то получится великолепная методология, в разы превосходящая по эффективности ту, которую используют за рубежом. Вообще он считает, что Европе и Азии – свои эволюционные процессы. А в России – свои, и нам надо вырабатывать свою собственную методику, найти какой-то свой определенный путь.

Александр Бородин. Фотография Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow

Так или иначе, покажет время. Остается лишь надеяться, что «семь нянек», каждая из которых играет свою уникальную роль, все-таки соберутся наконец-то за общим круглым столом, чтобы выработать общую стратегию, результатом чего станет четкая политика в сфере профобразования в легкой промышленности, которая приведет к решению проблемы кадров.

Фотографии Натальи Бухониной, предоставлены организаторами выставки Sport Casual Moscow.

«« Предыдущая Все статьи 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 »» 20 Следующая »»
55-я федеральная оптовая ярмарка товаров и оборудования текстильной и легкой промышленности «Текстильлегпром» пройдет в Москве с 16-19 февраля 2021 года
© RIA Moda 2010-2020 Подписаться на RSS        О проекте / Контакты / Карта сайта / О сайте