Почему экологи голосуют за натуральный мех?

Четкой взаимосвязи между использованием натурального меха и вредом для экосистемы нет, уверена Ольга Лакустова, директор Фонда поддержки и развития природоохранных и других социально-значимых проектов «Наш фонд». На пути у меха, по ее мнению, стоит этическая составляющая и лобби искусственных заменителей текстильных материалов.

В конце 20-го - начале 21 века на модном олимпе произошла настоящая революция. Модные дома один за другим стали разворачиваться в сторону экологичности. Одним из главных трендов стал отказ от натурального меха в пользу искусственных волокон.

Один из лидеров рынка Calvin Klein решил отказаться от натурального меха еще в 1994 году.

Тогда же известные на весь мир супермодели Наоми Кемпбелл и Кристи Тарлингтон приняли участие в глобальной кампании Всемирной организации PETA (Люди за этичное отношение к животным), лозунгом которой стало утверждение, что скорее я выйду голой, чем надену на себя меховые изделия. Постепенно и другие гиганты модной индустрии начали отказываться от меха. Сейчас подавляющее большинство модных домов, включая Hugo Boss, Armani, Michael Kors, Gucci, Burberry и т.д. перестали выпускать такую одежду.

Дело не только в том, что в обществе изменилось мировоззрение. Модные дома очень хорошо просчитали репутационный ущерб, который может нанести им дальнейшее производство изделий из меха и сопоставили с прибылью от реализации этих изделий. Сравнение получилось не в пользу меха. Таким образом, получается, что для компаний, которые хотят соответствовать ESG-метрикам, которые позиционируются как социально-ответственные и передовые, отказ от меха считается одним из главных условий. Хотя, с точки зрения эколога, с этим можно поспорить.

Четкой взаимосвязи между использованием натурального меха и вредом для экосистемы нет. Это абсолютно естественный процесс. Безусловно, здесь есть моральные составляющие, которые призывают человека не убивать животных ради одежды. Но, с точки зрения экологии, на этом все заканчивается. Использование искусственных заменителей может нанести гораздо больший вред окружающей среде.

Давайте представим себе картину, что пушных зверьков перестали истреблять в принципе. Например, ввели эмбарго на отстрел соболя. Уже через 3-4 года на территории, где перестанут отстреливать соболей исчезнет значительная часть фауны. Соболь, это, грубо говоря, как саранча на полях. Они едят все: грызунов, белок, зайцев, птиц и т.д. Если искусственно не контролировать их популяцию, мы можем лишиться других животных, которые тоже играют роль в формировании экосистемы. С позиции природоохранников, табу лежит только на уязвимых видах, которые вымирают и находятся на грани исчезновения. Их охраняет «Красная книга».

Второй момент – углеродный след. При производстве натурального меха, если речь идет об отстреле диких животных, углеродный след минимален. Выбросы СО2 практически сведены к нулю. Если речь идет о продуктах животноводства – созданных человеком фермах и т.п., то здесь углеродный след будет больше. Вообще все мировое сельское хозяйство составляет до 30% углеродного следа от производства на всей планете. На животноводство приходится менее половины, а на фермы по разведению пушных зверьков – менее 1/100 от всего животноводства. Таким образом, шуба, которую будет кто-то носить, с точки зрения углеродного следа, может быть экологичнее, чем стейк и салат, съеденные за ужином. К тому же, при производстве изделий из синтетического меха, а также пуховиков из синтепона углеродный след будет в десятки раз больше, хотя бы потому, что для этого используется нейлон или полиэстер, для создания которых требуется нефть. Ее добыча, переработка и применение оставляет самый серьезный углеродный след на планете.

Третий момент – биоразлагаемость компонентов. Изделия из натурального меха имеют достаточно короткий цикл распада и полностью разлагаются в почве, преобразуясь в органическое удобрение. Синтетические волокна этим похвастаться не могут. Некоторые их компоненты не разлагаются вообще, период распада других может доходить до 1000 лет. Но самая большая проблема состоит в том, что искусственные волокна, по сути состоящие из пластика, распадаются на мельчайшие частицы, которые поглощаю животные, рыбы и даже человек. Такие частицы могут содержаться в обычной водопроводной воде. Также они могут выделяться в канализацию при стирке вещей из синтепона или искусственного меха.

Еще один минус – недолговечность изделий из искусственных волокон. Шубу из натурального меха можно носить годами, даже десятками лет, чего не скажешь об искусственных. Они приходят в негодность уже за один сезон. В итоге приходится покупать все новые и новые вещи, а старые отправляются на помойку, где они лежат мертвым грузом и не разлагаются.

Существуют варианты вторичной переработки искусственных изделий. Но, во-первых, это влечет за собой вторичные выбросы СО2, во-вторых, действительно перерабатывается примерно 1/100000 от всего объема. В России подобные технологии вообще не работают, во многом из-за нехватки оборудования и отсутствия технологии сортировки мусора.

Более того, зверофермы, на которых выращивают пушных зверей, чаще всего располагаются там, где почвы не могут быть использованы для сельского хозяйства по тем или иным причинам. Таким образом, помимо меньшего экологического урона, производство изделий из натурального меха способно генерировать рабочие места, что особенно важно для северных регионов России, так как климат там не подходит для большинства работ на земле.

Таким образом, получается, что отказ модной индустрии от натурального меха в пользу синтетических волокон не особенно связан с экологической подоплекой. Это скорее уступка борцам за права животных, которые сами не всегда понимают и оценивают последствия такого отказа.

Фотографии предоставлены компанией.